Вильнюс накануне саммита НАТО 2023 года. Фото: Artur Widak / NurPhoto via Getty Images

Вильнюс накануне саммита НАТО 2023 года. Фото: Artur Widak / NurPhoto via Getty Images

Как бы странно это ни звучало, но Вильнюс для украинской политики — знаковое место. Десять лет назад, в 2013 году, здесь проходил саммит Восточного партнерства, интрига которого сохранялась до последнего дня: подпишет ли занимавший тогда пост президента Украины Виктор Янукович соглашение об ассоциации с Европейским союзом или нет.

Этот шаг, говорили тогда наблюдатели, станет моментом цивилизационного выбора для Украины, оторвет ее от «русского мира» и откроет дорогу на Запад.

Но этого не произошло.

Янукович не подписал соглашение. А в ночь после закрытия саммита бойцы «Беркута» жестко разогнали демонстрацию сторонников евроинтеграции на главной площади Киева. В Украине начались события, которые мы сейчас знаем под названием «Революция достоинства». Дальше был расстрел протестующих на Майдане, бегство Януковича, аннексия Крыма, начало конфликта на Донбассе и, наконец, полномасштабное вторжение России.

И вот, спустя десять лет, судьба Украины вновь будет решаться в столице Литвы.

Главную мысль по поводу открывающегося во вторник Вильнюсского саммита НАТО еще в июне сформулировал министр иностранных дел Литвы Габиэлюс Ландсбергис:

этот саммит в любом случае станет историческим — либо из-за его достижений, либо из-за упущенных на нем возможностей.

Два саммита, которые разделяют десять лет, объединяет и еще одно: за считанные часы до их открытия совершенно невозможно предсказать, какие результаты для Украины они принесут.

Открытых дверей мало

Позиция Киева проста: саммит НАТО в Вильнюсе должен расставить все точки над i в отношениях Украины и альянса.

На этот момент дело обстоит так: в 2008 году, еще при президентстве Виктора Ющенко, на саммите НАТО в Бухаресте была принята декларация, в которой говорилось о готовности принять Украину (наряду с Грузией) в состав альянса в неопределенном будущем, однако без предоставления конкретного плана, условий и сроков. С тех пор риторика НАТО на тему этого будущего членства стала в Украине предметом горьких шуток. Топ-чиновники альянса при каждом удобном случае ритуально повторяли: «Двери НАТО для Украины открыты», — но где находятся эти двери и как в них пройти, — не уточняли.

Полномасштабное вторжение России в Украину 24 февраля 2022 года изменило ситуацию. Одной фразы об открытых дверях Украине уже явно было мало.

Есть основания предполагать, что в начале полномасштабного вторжения в коридорах киевской власти хватало скептиков, искренне считавших, что НАТО не примет Украину в свои ряды никогда. Возможно, именно поэтому на украинско-российских переговорах, проходивших в феврале-марте прошлого года, киевская делегация так легко соглашалась на нейтральный, внеблоковый статус Украины в обмен на гарантии безопасности, которые должны были предоставить ей большие государства.

Но те переговоры сорвались, и в Киеве окончательно пришли к пониманию: единственный действенный способ защититься от агрессии России — это членство в НАТО со знаменитой пятой статьей Вашингтонского договора, постулирующей, что нападение на одного члена альянса рассматривается как нападение на них всех.

Сначала украинские власти перешли к риторике о безальтернативности пути Киева в НАТО. Потом, 30 сентября прошлого года, после того, как Россия заявила о «присоединении» четырех украинских регионов, Киев подал формальную заявку на вступление в альянс в ускоренном порядке.

Вильнюс станет первым саммитом НАТО после этого шага Украины, и от него Киев будет ждать конкретных ответов о том, как именно он обретет членство в альянсе.

Чего хочет Киев?

Начнем от противного: Киев точно не требует от альянса принять его в свои ряды немедленно. Это, говорят украинские чиновники, заведомо невыполнимое желание в разгар горячей фазы войны, во время тяжелого и кровопролитного контрнаступления украинских войск.

То, что устроит Киев в этой точке, на днях сформулировал заместитель министра иностранных дел Украины Евгений Перебийнис.

«Вильнюсский саммит можно будет считать успешным, если союзники сделают решительный шаг от размытых формулировок о том, что Украина станет членом НАТО, до четкого алгоритма, который покажет, как и когда это случится», — сказал он.

Собеседники Би-би-си в украинской власти рассказывают, что, строго говоря, Киев устроили бы три результата Вильнюсского саммита.

1. Твердые обязательства

Первый — НАТО должна была бы недвусмысленно заявить, что примет Украину в свои члены после окончания войны. И тут начинается игра в слова — ведь формально и до того «двери альянса для Украины были открыты».

Сейчас Киев ожидает более конкретных формулировок. Как пишут украинские СМИ со ссылкой на участников переговоров по этому поводу, Киев хотел бы, чтобы в итоговых документах саммита было зафиксировано, что членство Украины станет возможным, когда это позволят «условия безопасности».

Более того, «Европейская правда» со ссылкой на свои источники пишет, что формулировку «условия безопасности» могут заменить на «соображения безопасности»: мол, даже если после окончания горячей фазы войны Россия будет спорадически обстреливать украинскую территорию, это не должно стать формальной причиной для отказа Киеву во вступлении в альянс.

Уже довольно продолжительное время западная пресса пишет о «гибридных моделях» возможного членства Украины в НАТО.

Например, говорится о том, что гарантии безопасности, прописанные в пятой статье Вашингтонского договора, будут распространяться только на подконтрольные Киеву территории. Различные вариации на эту тему получили общее название «корейский сценарий» — по аналогии с моделью сосуществования Северной и Южной Корей. До сегодняшнего дня Киев публично отвергал возможность применения такой модели в качестве формата послевоенного сосуществования с Россией.

Би-би-си не известно, ведутся ли какие-либо переговоры на эту тему сейчас: официально позицией Украины являлось непременное освобождение всей своей международно признанной территории до начала любых мирных переговоров.

2. В НАТО через Совет

Второй результат, которого ожидает Киев, — это ускорение формального процесса обретения Украиной членства в Альянсе после окончания горячей фазы войны. В нашем случае это означает отказ руководства альянса от инструмента Плана действий по членству в НАТО (ПДЧ), который применялся, например, к центральноевропейским государствам, вступившим в организацию в начале 2000-х.

В Киеве говорят, что в военном смысле Украина уже давно доказала, что готова ко вступлению в НАТО, и сегодня в плане безопасности может дать альянсу в целом и его восточному флангу в частности больше, чем просит взамен. Достаточно закрыть глаза на условности и просто принять политическое решение о том, чтобы принять Украину без лишних проволочек — как это показал опыт стремительного преодоления бюрократических формальностей в случае с Финляндией и Швецией.

Считается, что против ускоренной модели будущего вступления Украины в НАТО выступает администрация США и лично президент Джо Байден. Еще в середине июня он заявил, что не собирается делать для Киева какие бы то ни было поблажки, так как «Украина должна соответствовать единым стандартам».

В прошлую пятницу в интервью CNN Байден заявил, что, по его мнению, Украина еще не готова к членству в НАТО, и не только по причине идущей войны.

«Думаю, что проводить голосование [о членстве Украины в НАТО] сейчас преждевременно, потому что нужно помнить о других критериях, в том числе о демократизации и некоторых других вопросах», — сказал Байден.

На другом полюсе — неформальная коалиция центрально– и восточноевропейских союзников, к которым украинские СМИ добавляют еще и Францию с Великобританией: они якобы лоббируют максимальное упрощение процедуры вступления в НАТО для Украины.

Детали этих переговоров остаются неизвестными, однако многое указывает на то, что Киеву удалось переломить ситуацию в свою пользу. В понедельник министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба сообщил, что «после интенсивных обсуждений страны-члены НАТО достигли консенсуса относительно ПДЧ для Украины».

Что стоит за этими словами, судя по всему, станет известно уже в Вильнюсе.

Но уже сейчас ясно, что очередным шагом на пути Украины в НАТО станет создание Совета Украина-НАТО, который заменит функционирующую сейчас комиссию. Совет будет отличаться от комиссии тем, что его можно будет созвать в кризисной ситуации по требованию Украины, а также то, что Киев будет иметь в нем такое же право голоса, что и члены альянса.

По замыслу оптимистов, именно Совет Украина-НАТО должен будет наработать конкретный, пошаговый план вступления Украины в альянс.

Однако скептики говорят, что выдавать создание совета за беспрецедентную веху в истории отношений Украины с НАТО не стоит: в конце концов, Россия поддерживала отношения с НАТО тоже на уровне совета, его еще довольно долго возглавлял Дмитрий Рогозин. И где сейчас тот совет?

3. «Израильские гарантии»

Наконец, третий результат, за которым киевская делегация едет в Вильнюс, — это усиление поддержки Украины странами НАТО уже здесь и сейчас.

Формально НАТО как альянс не предоставляет Киеву поддержки оружием и боеприпасами: это прерогатива отдельных государств — его членов.

Однако — и об этом со ссылкой на источники уже пишут западные СМИ — в итоговых документах Вильнюсского саммита появится не просто обещание НАТО поддерживать Украину «столько, сколько потребуется» — эта фраза уже стала общим местом в коммуникации между альянсом и Киевом.

Ожидается, что результатом Вильнюса станет обязательство НАТО предоставлять Украине военной помощи на сумму порядка 500 млн евро ежегодно,

причем, как указывает, например, «Радио Свобода», по итогам саммита эта сумма может и увеличиться.

Возможно — об этом упоминает западная и украинская пресса, — на саммите будут подписаны некие двусторонние договоры между Киевом и отдельными западными государствами о поддержке, которая будет предоставляться ими Украине для помощи в отражении российской агрессии.

Заслуживает упоминания и «израильская модель гарантий безопасности» для Киева, которую сейчас продвигают Штаты — о ней говорил в упоминавшемся выше интервью и лично Джо Байден.

По словам помощника президента США Джейка Салливана, в рамках этой модели Соединенные Штаты и их союзники «будут готовы предоставить [Украине] различные формы военной помощи, обмен разведывательными данными и информацией, киберподдержку и другие формы материальной помощи с тем, чтобы Украина могла защитить себя и предотвратить будущую агрессию».

В изложении некоторых западных СМИ гарантии безопасности являются некоей заменой членству в НАТО, которую условный Запад может предложить Украине, не принимая ее в организацию.

Впрочем ранее Киев неоднократно заявлял, что воспринимает любой формат гарантий безопасности, отличающийся от полноправного членства в НАТО, исключительно как полумеру, имеющую смысл разве что на переходном этапе, до обретения ею этого членства. Так что игра в слова — какие именно формулировки выбрать, чтобы саммит в Вильнюсе не обернулся большим разочарованием для всех его участников — продолжается.

Что, если нет?

Ключевая причина, по которой НАТО не торопится удовлетворить все запросы Киева — пускай они даже и не включают в себя предоставление Украине немедленного членства в альянсе — вполне понятна. Самый большой страх европейских чиновников на этом этапе — оказаться втянутыми в непосредственную конфронтацию с Россией, не сегодня, так послезавтра.

И, как считает немалое количество скептиков, прием Украины в НАТО делает это столкновение намного более вероятным.

В недавнем интервью «Европейской правде» вице-премьер Украины Ольга Стефанишина рассказала, что некоторые западные партнеры предостерегают Киев от чрезмерного сближения с НАТО с другой целью.

По ее словам, если в какой-то момент начнутся переговоры с Россией о мире, отказ Украины от членства в НАТО мог бы стать частью ее переговорной позиции. Сама Стефанишина называет такую позицию наивной и разочаровывающей.

Да и в целом точка зрения Киева на эту проблему радикальна: украинский истеблишмент, включая лично Владимира Зеленского убеждает, что милитаристские амбиции Владимира Путина простираются значительно дальше западных границ Украины. В этой логике отказать Украине во вступлении в НАТО означает послать четкий сигнал российскому лидеру: его методы работают.

Не говоря уже о том, что для Украины вопрос отношений с НАТО имеет отнюдь не философский, а более чем прикладной характер. Возможно, поэтому в публичной и непубличной коммуникации представители Киева заявляют, что на переговорах, предшествующих Вильнюсскому саммиту, Украина демонстрирует крайне низкую готовность к компромиссам.

Дошло до того, что президент Владимир Зеленский откровенно заявлял, что может и не приехать на саммит НАТО, если на нем не будут приняты решения, отвечающие нынешним чаяниям Украины.

Официальное подтверждение визита президента Украины визит в Вильнюс поступило только поздним вечером в понедельник, за считанные часы до открытия саммита. Однако, судя по всему, окончательные формулировки документов будут согласовываться уже после того, как саммит начнет работу.

Впрочем, в недавнем интервью Би-би-си Владимир Зеленский дал понять, что даже отказ НАТО от приема Украины в свои ряды не станет для Киева концом света.

«Если вы [члены альянса] не видите нас в НАТО, то вам придется это сказать и признать. Тогда и Украина, и население Украины будут понимать, что нам придется жить по-другому. Что даже когда мы победим и даже когда эта война закончится, у нас будут высоки риски повторения войны, а значит, мы по-другому будем строить экономику. Другой бизнес, другое образование, другие дети, другое воспитание. Все по-другому, с учетом того, что Россия может вернуться», — сказал он.

Но если НАТО громко захлопнет дверь перед Украиной, посеяв тем самым раскол среди своих членов, послав России сигнал, что ее до сих пор боятся, то есть ли план дальнейших действий у самого альянса?

Клас
2
Панылы сорам
1
Ха-ха
1
Ого
2
Сумна
0
Абуральна
2