Острая интернет-дискуссия о бойкоте и выборах происходит на фоне полного безразличия к этой теме широкой общественности. Между тем, аналитики спорят о мобилизационных возможностях Интернета, часто создающего иллюзию бурной жизни в то время, как на самом деле не происходит ничего.

Одни говорят, что революцию в Египте инспирировал фейсбук, другие — что для нее все-таки сложились необходимые условия. Судя по настроениям белорусской публики, здесь условия еще не сложились. 6 миллионов пользователей обращаются в интернет в поисках пособий по йоге, фильмов или чтобы оплатить коммуналку. Это совсем не тот интернет, на который могли бы рассчитывать политики.

ЧТО ОНИ ДЕЛАЮТ

Однако что же необходимо для бойкота? Высокий уровень недовольства в обществе и пусть небольшой, но авторитет оппозиции.
Впрочем, второго может и не быть вовсе. Тогда первое само собой создаст какую-нибудь разумную альтернативу. Но существует ли оно само, это первое?

Интернет-агитаторы за бойкот хорошо понимают, что нет. Но упорно верят, что не сегодня, так завтра оно появится. Обвалится экономика, и народ массово не пойдет на избирательные участки.

Выступая в 1996 году, еще в Беларуси, Зенон Пазняк заявил: «Этой осенью его не будет». С тех пор все, что ни происходит в стране, в том числе и в оппозиции, происходит по его сценариям. Он таки ввел оппозицию в вынужденную кому и отправил ее в одну из клиник Евросоюза. Сегодня какой-либо контакт с пациентом можно поддерживать только через интернет.

Призыв к бойкоту вполне вписывается в эти самые сценарии, так как ведет к углублению комы и внутренних расстройств, к полной потере связи с реальностью. Это путь в небытие.
Потому что экономика не обваливается, а если она и рухнет, кто там в народе признает этих лидеров таковыми?

Что-то нехорошее во всем этом почувствовала КХП, самая лидерская партия, и, продолжая повторять «Только бойкот!», предложила Зенону Пазняку баллотироваться на выборах президента — на свободных выборах: «Только Зенон!».

Ясно, что свободные выборы с неба не упадут в стране, где выборов нет, где ему по большому счету давно плевать на явку-неявку, выборы-невыборы, наблюдателей-нарушителей. Ведь результаты выборов пишет даже не ЦИК, а он сам. Люди это чувствуют, поэтому ни на тему выборов, ни о бойкоте никакого мнения у них нет. Бессмысленно иметь мнение. Политика в Беларуси давно стала явлением природы, а человек стихию не остановит, так зачем же об этом думать?

В этом может быть смысл для оппозиции, для записанного в «агенты КГБ» Статкевича, который упорно борется с вынужденной комой и даже из тюрьмы пытается донести хоть что-нибудь, хоть пальцем пошевелить. «Идем на выборы!». По-партийному он поступает правильно, так как партия и создается для участия в выборах, иначе это просто кружок или же широкое народное движение. Но в стране, где верховодят явления природы, такие тонкости, как партия, также не имеют никакого значения. Для такой страны.

ЧЕГО ОНИ НЕ ДЕЛАЮТ

Здесь в мой текст поспешило вклиниться не повседневное слово «движение». У меня нет и тени сомнения, что только национальная политика может быть успешной альтернативой нынешнему постсоветскому застою. Иначе бы за прошедшие 20 лет обязательно показалось, хоть бы мелькнуло, что-нибудь иное. Не мелькнуло. Только повылазили еще более ретроградные «западноруссизмы», как сказал один «поэт», «из туалетища».

Однако национальная политика, приведшая к провозглашению независимости Беларуси, выросла из неполитических объединений и базировалась на них до тех пор, пока связь эта не оборвалась и не стало возможным появление первого президента с его моделью «идеального колхоза» в масштабах страны.

Вообще, сила и живучесть национальной политики в том, что она основывается не на политических, а на этических и эстетических образованиях. И в годы, когда в стране воцаряются явления природы, она уходит в культуру и просвещение. Она собирает людей на Купалье и просто поет песни, она издает книги и газеты (если легально это возможно), она возводит в культ места национальной памяти, она просто путешествует по Беларуси и проникается ее духом, она создает (если легально это возможно) школы для взрослых и детей. Все вместе это — этическое движение, которое учится знать и любить родину, стремится стать массовым и растит внутри себя своих лидеров. Приходит время — и движение это становится политическим. Оно обладает людскими ресурсами и четкой программой. Это — схема 1980-х годов. Некоторые считают, что нынешнее время больше похоже на 1970-е. Наверное, так оно и есть. Потому, например, что еще не созрела на массовом уровне потребность добиваться открытия белорусских школ.

В качестве иллюстрации процитирую сообщение, присланное на сайт Свободы Надеждой Соловьевой из Могилева:

«КРИК ДУШИ!!! Меня удивляет и огорчает тот факт, что в Могилеве, довольно большом городе (с населением около 370000), не находится таких родителей, которые бы хотели дать полноценное образование и развитие своим детям в бел. классе, где уже два года учится одна наша дочь. Все преимущества (индивидуальный подход, естественный билингвизм, более широкий круг полученных знаний и навыков и т. д.) очевидны. При том, что информация о единственном бел. классе «гуляет» в СМИ и «по сарафанному радио» (местный отдел образования не оказывает содействия в том, чтобы набрать детей в этот класс). ДАЖЕ В ГОРКАХ 5 УЧАЩИХСЯ, А В ОСИПОВИЧАХ НЕПРЕСТАННО ИДУТ В БЕЛ. ГИМНАЗИЮ. В МОГИЛЕВЕ ЗА 2 ГОДА ПРИРОСТ ДЕТЕЙ — 0. Как можно это объяснить???????????»

ЧТО ОНИ МОГЛИ БЫ ДЕЛАТЬ

Сегодня в стране сотни — если не тысячи — центров национального движения. Они воспитывают детей, пишут и переводят книги, белоруссизируют интернет, создают объединения самых разных профилей. Они ориентированы на расширение своих программ и их качественное улучшение. Они дозревают, чтобы взяться за школу — и это будет первый показатель их выхода в политику. Им сильно вредит ярмо «оппозиции», «пятой колонны» и «врагов народа», так как они в любом случае ориентированы на положительное, истинное, природа их такова. Они прекрасно понимают, что никаких выборов в стране нет, они этим и не задаются. И коматозное предложение «тактики активного бойкота», как и «тактики активного участия», их не беспокоит, разве что дезориентирует.

То же, кстати, касается и независимых профсоюзов. Сформироваться и стать силой они могут только как свои среди своих, на внутренней проблематике собственных коллективов. Выход в политику сегодня для них — конец. Представьте себе, как рабочие микашевичского «Гранита» вместо того, чтобы отстаивать права своих уволенных товарищей, начали бы агитировать за активный бойкот выборов. Я знаю только одного человека в Беларуси, кому это по-настоящему выгодно.

У нас есть опыт 1991 года, когда национальное движение и независимые профсоюзы, объединившись, вместе создали единый фронт и нашу позитивную историю.
Можно рассматривать это как случайность, а можно как закономерность, как белорусскую специфику самоорганизации и достижения успеха. Причем, обвал экономики здесь не первоочередное условие. Поэтому и ждать этакого «с моря погоды» — нет никакого смысла.

Ждать — по сути своей занятие гнетущее. Я не знаю, будет ли «он этой осенью», или «его не будет». Намного правильнее — создавать в обществе условия для того, чтобы его не могло быть в принципе. Здесь (с ним или без него) дел — на целую жизнь.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?