Противотанковые ежи. Фото: личный архив

Противотанковые ежи. Фото: личный архив

«Из Беларуси я уехала не по политическим мотивам, хотя, безусловно, меня не устраивает, что там происходит. Я участвую в протестах с 15 лет. И 2020 год не стал для меня исключением. Уехала, потому что мне сделали прекрасное предложение по работе. Я директор по маркетингу, который занимается автомобилями из США. Сначала у меня был контракт на три месяца, но потом я поняла, что из Украины я обратно не поеду. Была последний раз в Беларуси на Новый год. Собиралась забрать дочь и отдать ее в украинскую школу. Но пока что такой возможности из-за войны нет», — говорит она. По этой же причине, из-за дочки, она просит не публиковать ее фото.

Ненадолго разговор с Марией прерывается. Девушка проезжает блокпост, на котором нельзя находиться с телефоном в руках. Мария едет по-волонтерским делам.

«С третьего дня войны начала этим заниматься. В Киеве я снимала квартиру на 22-м этаже.

Стало опасно, мои знакомые позвали к себе жить в бункере. Они до войны занимались организацией концертов, выставок. Они очень творческие. В бункере у них была мастерская. Мы быстро переделали его в место, где можно жить, прятаться во время войны. Он у нас достаточно гражданский. Есть небольшая комната на два-три человека, горячая вода, кухня, душ», — говорит она.

Первый день в бункере Мария вместе со знакомыми украинцами делала коктейли Молотова. А потом — противотанковые ежи.

«Сначала сделали несколько маленьких штук, — говорит она. — Это был тестовый вариант. Они больше подходили для автомобилей. А потом подумали, что если на нас идут танками, то какие ежи против автомобилей? Стали делать большие. Находится наш такой условный штаб недалеко от старого завода. Мы договорились, чтобы они нам выделили какие-то промышленные площади, оборудование. Также обзванивали металлобазы. Нашли несколько людей, которые будут поставлять нам металл. Они привезли нам громадные швейлеры, из них мы и делали ежи.

Сами нарисовали эскиз — этим занимались наши ребята, они художники-инженеры. В первые дни был большой спрос. Куда ни звонили, все просили противотанковые ежи. Развозили их по Киеву. И поскольку наша команда творческая, то и ежи у нас брендированные. На наших есть логотип: изображен ежик, несущий дохлую красную крысу. Когда едешь по Киеву и видишь именно свои, приятно становится».

Таких ежиков Мария вместе со знакомыми сделала более трехсот штук. Девушка уверена, что со временем они станут символом обороны Киева.

«После войны могут быть арт-объектами, которые даже развезут по европейским городам как малые архитектурные формы. В общем, это довольно простая конструкция. Берутся три швейлера и между собой свариваются. Этим занимались ребята. В первый день мы сделали около пяти ежей, а после делали по 30-40 штук. Набили руку.

Сейчас спрос на ежей закончился — нужны бронежилеты. Мы связались с ВСУ, они привезли нам из Днепра фуру бронестали. Было около одиннадцати тонн. Мы ее калили, устроили швейное предприятие. Недалеко от этого завода живет девушка — дизайнер одежды. Мы во главе с ней сейчас делаем бронежилеты. Их будет около 1 500», — делится планами Мария.

На вопрос, почему решила оставаться в Украине, белоруска отвечает, что оказалась в этом месте и в такое время, — значит нужна там.

«У меня были знакомые ребята-белорусы, которые мне писали и просили, чтобы я их довезла до польской границы. Они рассуждали, что это не наша война. Я так не считаю.

Поможем победить Украине — и потом будет проще освободить Беларусь.

Эти люди предлагали мне заплатить, но я была непреклонна», — говорит Мария.

Фото: личный архив

Фото: личный архив

За это время волонтеры побывали в разных небольших городах и селах Украины. Ездили они и в Ирпень после освобождения от российских солдат.

«Увидели ужас, неубранные тела на Житомирской трассе, целые семьи, сожженные возле автомобилей, — говорит Мария. — Поговорили с жителями местными, которые пережили эту оккупацию. Также они нам рассказали, что есть потребность в гуманитарной помощи. Мы стали возить продукты. Но вот есть такие «популярные» направления, куда едет много волонтеров, а мы как раз занялись деревнями, населенными пунктами, куда редко что-то везут.

Когда потребность в гуманитарке закончится, есть идея развозить семена. У них сейчас нет возможности их приобрести, а начинать садить нужно. Для сельских жителей это важно».

Также Мария вместе с волонтерами делает печи-буржуйки. Когда было холодно, на них был спрос.

«Они у нас из листового металла. Сейчас уже теплее, но все равно некоторые просят. Например, в Чернигов две отвезли. Там у одной женщины соседние дома разбомбили до фундамента, а ее дом сильно поврежден, у нее нет электричества, газа. Она в качестве благодарности сделала для нас шикарный обед на костре.

Фото: личный архив

Фото: личный архив

Конструкцию буржуек мы делаем сами, чтобы она была не тяжелая, удобная, с ручками, чтобы переносить. Еще на блокпосты отвозили, чтобы ребята не мерзли в лесах. В общем, буржуйки делаются просто. Есть инженерная конструкция, вырезаются необходимого размера листы, отверстие под дымоход, дверцы. И все это сваривается и обрабатывается болгаркой. Освоили новую профессию», — рассказывает она.

Близкие Марии сначала уговаривали ее уехать из Украины в ЕС. Но девушка настаивала на своем.

«Они меня поняли, приняли мою точку зрения. Мама говорит, что волнуется, не спит ночами, но гордится мной. Своей шестилетней дочери, которая осталась в Беларуси, я запретила рассказывать о войне. Просто сказала ей, что закрыли границы. Я считаю, что детей нужно от этих подробностей защищать. Мы созваниваемся почти каждый день. Она знает, что я ее люблю», — говорит Мария.

Читайте также:

Ранен на протестах-2020, носит с собой гранату на случай окружения: кто такой доброволец «Янки» в образе усатого гусара

«Одной девочке 9, другой 11 лет, зашивали», — психолог рассказала об изнасилованных в Буче российскими солдатами детей

Клас
11
Панылы сорам
0
Ха-ха
0
Ого
0
Сумна
0
Абуральна
0